Мы продолжаем искать. И находить

Интервью с тем, кто нашел больше 100 тонн золота

Андрей Бутняков: «Костры и гитары — это 10%. Остальное — тяжелый труд и большая ответственность» \ фото Полиметалл

Счастье геолога — в открытии новых месторождений. Но фильмы о геологах не отражают реалий жизни: основная часть тяжелой работы людей этой профессии, конечно же, не связана с жизнью в палатке

В каких регионах Уральский филиал «Полиметалла» намерен начать новые геологические изыскания, как развиваются проекты на уже исследованных золоторудных месторождениях в Свердловской области и Башкирии и чем компания привлекает молодых геологов, в интервью журналу «Эксперт-Урал» рассказал заместитель директора по минерально-сырьевым ресурсам Уральского филиала «Полиметалла» Андрей Бутняков.

Новые имена на карте Урала

— Как за последние годы изменился портфель геологоразведочных лицензий «Полиметалла» в Уральском регионе?

— Сегодня в нашем портфеле 42 лицензии. Большая часть из них — 30 лицензий — относится к лицензиям вида БП, предоставленным на геологическое изучение участков недр на благородные металлы (золото). Для сравнения: три года назад таких лицензий было 25. Но куда важнее количественного роста — качественный сдвиг. Мы видим увеличение числа лицензий вида БЭ, предоставленных для разведки и добычи полезных ископаемых, оформленных по факту первооткрывательства. Схема здесь следующая: получаем лицензию вида БП либо ТП (геологическое изучение) на перспективный участок, проводим поисковые и оценочные работы, ставим запасы на государственный баланс по временным разведочным кондициям и только после этого получаем лицензию на разведку и добычу (вида БЭ или ТЭ).

За последние три года в разряд эксплуатационных перешли золоторудные месторождения Павловское и Андрей в Свердловской области, а также Новопетровское золото-медно-цинковое месторождение в Башкирии. За каждым таким реализованным геологоразведочным проектом стоят годы кропотливой работы большого коллектива, в развитие и обучение которого компания вкладывает значительные ресурсы.

— На сегодняшний день Уральский филиал ведет геологоразведку только на участках Свердловской области и Башкирии?

— Пока наши основные работы сосредоточены именно в этих двух регионах. Но мы постоянно получаем в пользование новые участки недр и досрочно сдаем те, где получен отрицательный геологический результат. Это рабочий процесс. Поэтому не исключаю, что в будущем мы расширим зону наших поисков и будем вести геологоразведку на территории других регионов Урала.

— Завершена ли уже оценка рудного поля месторождения Першинское в Свердловской области?

— Нет, не завершена. Сейчас идет государственная экспертиза запасов золоторудного месторождения Першинское. Как только она завершится и мы поставим запасы золотосодержащей руды и металлов на государственный баланс, сразу же приступим к оформлению эксплуатационной лицензии. Это важный этап для будущего всей территории, где расположено месторождение. Новый объект — это не только тонны драгметалла, но и новые рабочие места, стабильность и развитие для местных жителей, области и всего Урала.

— Вы упомянули золоторудное месторождение «Андрей». В честь кого его назвали?

— В Уральском филиале «Полиметалла» трудится как минимум 13 Андреев, причем большинство из них — это именно геологи и горняки, включая главного геолога проекта. Так что название «Андрей» — это не столько чье-то личное увековечивание, сколько дань уважения всей команде.

А вот Павловское месторождение мы назвали в честь двух наших коллег — Павла Подкорытова, который начинал этап геологического изучения этой площади, и Павла Перекреста. К сожалению, оба наших коллеги ушли из жизни, оставив свой яркий след в поиске и открытии новых месторождений. Павловское — среднее по крупности (по действующей классификации), но весьма солидное месторождение с балансовыми запасами порядка 45 тонн золота. Полевые разведочные работы там завершены, сейчас готовим технико-экономическое обоснование постоянных разведочных кондиций с последующей постановкой запасов на государственный баланс.

За чем молодые геологи идут в «Полиметалл»?

— Насколько популярна в наше время профессия геолога? Достаточно ли молодых кадров?

— Геологи работают в разных направлениях. В последнее время сфера твердых полезных ископаемых, где работаем мы, набирает популярность. В «Полиметалле» перед молодыми геологами открываются отличные перспективы — от комфортных и безопасных условий труда, достойной зарплаты и соцпакета, до развития своих навыков и компетенций, обучения, постоянного профес­сионального роста.

В «Полиметалле» мы стараемся работать на опережение. У нас выстроена комплексная программа профориентации: мы присматриваемся к ребятам еще с профильных колледжей и вузов, ведем их через производственную практику, помогаем раскрыться. Мы боремся за каждого толкового студента и создаем все условия, чтобы он остался в профессии и в компании. Поэтому острого кадрового голода в Уральском филиале мы не испытываем. Однако впереди ввод в эксплуатацию сразу четырех объектов — Маминского, Павловского, Новопетровского и Андрей, — и потребность в грамотных специалистах с опытом, конечно, будет расти. Это хороший вызов для всей нашей системы подготовки персонала.

— В помощь человеческому ресурсу сейчас вступают цифровые инструменты, искусственный интеллект. Как сегодня используют ИИ в геологоразведке, в частности, в «Полиметалле»?

— Без тотальной цифровизации сегодня невозможно представить работу геолога. Электронные базы данных, специализированное ПО для подсчета запасов, оцифровка архивной информации — это уже наша повседневность, а не фантастика. Что касается искусственного интеллекта, то мы запустили пилотный проект с использованием отечественной разработки. Система поможет нам прогнозировать вероятность обнаружения месторождений полезных ископаемых на конкретной территории. Проекту всего около полугода, он находится на начальной стадии, поскольку требует сбора и обработки огромных массивов данных. Если ИИ поможет нам сузить круг поисковых площадей и соответственно повысить эффективность геологоразведки, будем считать, что технологии прижились и приносят реальную пользу делу.

Геолог — не турист

— Какие у вас ассоциации возникают с профессией геолога? Романтика, terra incognita, новые открытия или комары и отсутствие быта?

— Я в геологоразведке почти 40 лет. Начинал в Волковском производственном геологическом объединении в Казахстане, еще в урановой промышленности Советского Союза. Костры и гитары, конечно, были, но это фрагменты. Образ геолога-полевика с рюкзаком, который кочует из фильма в фильм, — это максимум 10% трудозатрат нашей профессии. Остальные 90% — это интересная, трудная и скрупулезная работа: сопровождение буровых и горных работ, интерпретация данных, подсчет запасов, написание проектов и отчетов, и конечно же, самое интересное — прогноз и заверка. На геолога ложится большая ответственность, ведь именно от его работы зависит дальнейшее развитие проекта и его польза для компании и людей.

Поэтому для меня романтика осталась в прошлом. Из ассоциаций я бы выделил только одно — новые открытия. Это то, ради чего стоит работать, невзирая на огромный груз ответственности.

— Много ли вы открыли месторождений за свою профессиональную жизнь?

— Официально — два: Павловское и Новопетровское. Участвовал в открытии еще трех. В совокупности это больше 100 тонн золота. Здорово, конечно, и с гитарой у костра посидеть, но спросите любого геолога — для него важнее стать первооткрывателем.

— Получается, главное счастье геолога — в самом открытии?

— Главное счастье геолога — в нем самом. Но важная часть — открытия новых объектов. Это не только эмоции и профессиональное самоудовлетворение. И даже не просто цифры по объемам меди, цинка или золота в книге государственного баланса. Настоящая радость приходит позже, когда видишь, как вокруг нового месторождения в отдаленных поселках начинается жизнь: появляются новые рабочие места, строятся и ремонтируются садики и школы, у людей возникает уверенность в завтрашнем дне. Это совсем другая жизнь для территорий. Именно по­этому мы продолжаем искать. И находить.