Искусство удержания маржи

Почему активы и прибыль российских банков продолжают расти

Фото Андрей Порубов

В отличие от финансовых кризисов, в нынешний период стагнации экономики банковский сектор не падает, но при этом держит на контроле вопрос качества кредитных портфелей

Банковский сектор вместе со всей экономикой второй год живет в условиях высоких ставок. Чтобы затормозить инфляцию, регулятор целенаправленно охлаждает кредитование, особенно розничное. Но в отличие от финансовых кризисов, сейчас индустрия не показывает падения активов и прибыли. Хотя проблемы у отрасли, безусловно, есть. За счет чего банковский сектор сохраняет устойчивость и как индустрия будет развиваться в текущем году? Участники уральского рынка поделились своим мнением в ходе круглого стола «Банковский сектор: итоги-2025 и новые вызовы», организованного журналом «Эксперт-Урал» в Екатеринбурге.

Ключевая настройка

Активы и прибыль банковского сектора действительно не снижаются, итоговых данных на момент публикации еще не было, но по расчетам экспертов, сгенерированная по итогам 2025 года чистая прибыль, скорее всего, окажется сопоставимой с 2024 годом.

Это можно объяснить иной природой сложностей в экономике и реакцией регулятора на внешние вызовы. Во время финансовых кризисов Центробанк обычно резко поднимает ставку и так же быстро ее снижает. В результате банки сталкиваются с проблемой процентных ножниц, когда кредитовать бизнес и граждан приходится за счет дорогих пассивов. Сейчас регулятор долго держит высокую ставку и дает сигналы о возможных действиях. В результате банки подстраиваются и снижают дорогие пассивы быстрее, чем снижается ключевая ставка, удерживая тем самым маржу.

Перетекающий кредит

И тем не менее высокая ставка давит на показатели сектора. Это проявляется в снижении процентного дохода из-за сжатия кредитования. Бизнес не готов брать кредит по высокой стоимости. По оценке ПСБ, портфель юридических лиц за год вырос на 10% против прогнозируемой динамики в 14%, а кредитование малого и среднего бизнеса (МСБ) вообще выросло только на 3%.

Снижение динамики кредитования юрлиц частично связано с осторожной позицией самих банков. Сейчас им нужно поддерживать адекватный запас ликвидности, поэтому крупнейшие игроки первой десятки в прошлом году стали отказывать в рассмотрении заявок, и часть заемщиков перешли в банки среднего уровня.

Но все тщательно следят за качеством портфеля. Так, банк Уралсиб, например, по словам начальника управления продаж по Уральскому региону Романа Горулева, в 2025 году диверсифицировал кредитный портфель: «Это было связано с тем, что мы регулировали отраслевую принадлежность наших клиентов, снижая долю заемщиков из рискованных отраслей и кредитуя новых клиентов с хорошими финансами».

Ухудшение состояния части клиентов Роман Горулев связывает как с общей динамикой конкретных отраслей, так и с увеличением отсрочки платежей со стороны заказчиков из числа крупных компаний, что увеличило кассовый разрыв поставщиков и, как следствие, привело к спросу на дополнительное финансирование.

Анализ, по словам Горулева, показывал, что клиенты несут достаточно высокую кредитную нагрузку, и в этой связи банк стал настраивать их на использование альтернативных продуктов, например, банковских гарантий и аккредитивов: «Многие клиенты также стали активнее применять факторинг, потому что их балансы ухудшаются, и они уже не могут брать новые кредиты, но на дебиторов у банков есть возможность принимать риск, и факторинг пользуется спросом».

За счет этих мер Уралсиб в Уральском регионе нарастил портфель гарантий и аккредитивов за год на 50%. Эти же тренды сохранятся в 2026 году.

«В этом году нам предстоит, с одной стороны, сохранить динамику объемов портфелей как денежного кредитования, так и гарантий и аккредитивов, а с другой стороны, обеспечить качество этих портфелей. Конечно, как и наши клиенты, очень ждем снижения ключевой ставки Банком России», — формулирует прогноз на 2026 год Роман Горулев.

Если крупные корпоративные заемщики нашли финансирование в средних банках, то малый и средний бизнес в прошлом году начал переходить в региональные организации. По словам председателя правления курганского банка «Кетовский» Евгения Кафеева, благодаря этому его банк нарастил кредитный портфель в прошлом году на 35%.

Региональные банки, как показала практика, могут поддержать отдельные звенья производственной цепочки.

«Застройщики получают в основном финансирование в крупных банках, где держат экскроу-счета, но у них есть подрядчики, например производители строительных материалов, которым нужны оборотные средства, и мы этот спрос удовлетворяем. Другая большая группа наших клиентов — сельхозпроизводители. В Курганской и Тюменской областях этот сектор развит, и мы активно кредитуем аграриев», — рассказывает Кафеев.

На 2026 год Евгений Кафеев смотрит с умеренным оптимизмом: «Бизнес сталкивается с дефицитом кадров и ростом налогов, сказываются и задержки платежей в цепочке исполнения госзаказа. К тому же качественных заемщиков мы уже выбрали, и я думаю, в этом году мы увидим сокращение заявок и такого, как в 2025 году, роста кредитного портфеля мы не получим. Хотя малый бизнес нуждается в оборотных средствах. Всем нужно выполнять контракты, закупать материалы. На инвестиционные цели спрос ниже, да и мы такой продукт не продвигаем».

Несколько иной взгляд на ситуацию в тюменском СТРОЙЛЕСБАНКе, в этом банке наиболее активный спрос на заемные ресурсы был в 2024 году.

«2025 год был периодом умеренного и стабильного развития. Если в первой половине года банк сопровождал действующий кредитный портфель, то начиная с августа, когда ключевая ставка опустилась ниже 20%, начали поступать новые заявки от малого и среднего бизнеса», — рассказывает заместитель председателя правления СТРОЙЛЕСБАНКа Александр Расковалов.

Компании, по наблюдениям Александра Расковалова, сейчас стремятся не только поддерживать текущую деятельность, но и за счет заемных средств приобретать недвижимость или транспортные средства: «В любой непростой ситуации в экономике появляются активы ниже рыночной стоимости, и бизнес с помощью кредита стремится воспользоваться возможностью их приобрести. Подобные сделки нужно проводить быстро. Обращаясь в региональный банк, заемщики могут получить оперативное решение по такой заявке».

В конце 2025 года в банке заметили увеличение потока обращений по рефинансированию задолженности.

«Это связано не столько со снижением стоимости заемных ресурсов, сколько с более лояльными требованиями к заемщику со стороны СТРОЙЛЕСБАНКа. В кредитном договоре не предусмотрены жесткие ковенанты, как в крупных кредитных организациях. На стадии принятия условий договора банк всегда находится в режиме диалога с клиентом, регулируя договор с учетом договоренности сторон. Поэтому сейчас такие региональные кредитные организации, как СТРОЙЛЕСБАНК, оказывают значимую поддержку экономике страны, направляя финансирование на развитие бизнеса», — объясняет Расковалов.

При этом уровень просроченной задолженности в банке, по его словам, не растет и находится ниже отраслевых показателей по рынку: «Картина кредитования малого и среднего бизнеса более чем позитивна. Если Банк России в этом году продолжит снижение ключевой ставки, то количество заявок увеличится. Конечно, СТРОЙЛЕСБАНК будет тщательно анализировать заемщиков и обращать внимание не только на финансовое состояние компании, но и на действующую и потенциальную контрактную базу заемщиков, поскольку положение малого бизнеса во многом зависит от платежеспособности контрагентов. На этом будет сделан акцент в следующем году».

В предыдущие годы представители многих приоритетных отраслей получали льготное финансирование благодаря многочисленным программам господдержки. Однако с прошлого года на фоне роста дефицита бюджета государство начало сворачивать эти программы. Пожалуй, один из немногих секторов, где остается льготное кредитование — сельское хозяйство.

«Доступность льготного кредитования для сельхозтоваропроизводителей является одним из драйверов развития отрасли», — рассказывает заместитель директора филиала Россельхозбанка в Свердловской области Марина Смирнова.

Программа работает, и это, по словам Марины Смирновой, позволяет банку наращивать кредитный портфель: «Основная потребность аграриев в кредитных средствах связана с финансированием сезонно-полевых работ, и 2025 год не стал исключением. Банк предоставил оборотных кредитов на 27% больше, чем в 2024 году. При этом мы видим осторожность в привлечении кредитных средств на инвестиционные цели: объем финансирования остался на уровне 2024 года».

Дороговизна ресурсов тормозит процесс модернизации не только в сельском хозяйстве, но и в промышленности. Банковский сектор, видя этот тренд, пытается искать решения. В СДМ-Банке, к примеру, задействовали международное экспортное страхование при закупке оборудования у азиатских производителей.

«Раньше у европейских стран действовали программы поддержки своих производителей через государственные страховые компании. Они давали своим клиентам в России отсрочку оплаты станков на год или полгода под государственную гарантию. Поскольку сейчас Россия выстраивает работу с азиатскими партнерами, мы тщательно изучили рынок Китая. В этой стране действует государственная страховая компания Sinosure. В рамках курса поддержки экспорта для многих производителей Китая государственная страховая компания дает гарантии, а эти производители поставляют российским покупателям технику с отсрочкой до 120 дней. Такие сделки не влияют на уровень долговой нагрузки у клиента, при этом страховую премию платит производитель. Мы выступаем для наших клиентов посредниками во взаимодействии с этой структурой в Китае», — рассказывает управляющий филиалом СДМ-Банка в Екатеринбурге Ольга Шарушинская.

Розничный ландшафт

Гораздо сильнее охлаждается сегмент кредитования населения. И это связано не только с ростом стоимости кредита, но и с ужесточением макропруденциального регулирования.

Несколько лучше на общем фоне выглядит динамика жилищного кредитования, благодаря действию, пусть и в ограниченном объеме, льготной программы «Семейная ипотека». Основной объем продаж приходится на госпрограммы: по оценке ВТБ, по итогам 2025 года по ним заключались 3 из 4 сделок.

«Во многом рост рынка ипотеки связан с программой «Семейная ипотека», особенно это проявилось в декабре прошлого и январе текущего года в преддверии анонсированных изменений программы с 1 февраля 2026 года», — подтверждает тренд управляющий Екатеринбургским филиалом банка Уралсиб Дарья Юнусова.

Однако уже в течение 2025 года ряд крупных ипотечных банков все больше делали ставку на рыночные программы. Так, по словам Юнусовой, Банк Уралсиб в течение года наращивал долю выдач по собственным ипотечным программам, которая по итогам года превысила 60% общего объема выдач.

«Сегодня более 2/3 объемов кредитования у нас — это выдачи в рамках рыночных ипотечных программ, и эта цифра растет. Фокусируемся на повышении привлекательности условий, снижаем ставки, поэтому видим рост интереса именно здесь», — отмечает Дарья Юнусова.

Автокредитование также остается одним из динамичных направлений розничного бизнеса. По словам Дарьи Юнусовой, заметное увеличение спроса на автокредиты банк почувствовал в октябре прошлого года, когда появилась информация о повышении утилизационного сбора с 1 декабря: «Ожидалось, что нововведение снизит спрос на новые автомобили в пользу авто с пробегом. Но мы по объему выдач автокредитов в декабре не ощутили падения спроса на автокредитные продукты».

В 2024 году самым конкурентным сегментом банкирской розницы был рынок банковских вкладов. Несмотря на некоторое снижение ключевой ставки в 2025 году, по словам Дарьи Юнусовой, доходность по вкладам остается привлекательной: «В этой ситуации наш подход к формированию продуктовой линейки основывается на балансе двух ключевых целей: обеспечение стабильности пассивов и предложение клиентам конкурентных продуктов с привлекательной доходностью».

Банки используют целый ряд разнообразных инструментов привлечения пассивов.

«Это, в частности, повышенные ставки для новых клиентов, вклады с плавающей ставкой, которая привязана к ключевой ставке Банка России. Эффективно работают и накопительные счета с высокой базовой ставкой и ежедневным начислением процентов, которые позволяют пополнять и снимать средства без потери доходности, а также карточные продукты с процентом на остаток», — делится Дарья Юнусова.

Заместитель руководителя Абсолют Банка в Екатеринбурге Ирина Бормотова также не видит существенных изменений в динамике спроса населения на рублевые вклады: «Объем средств в депозитном портфеле Абсолют Банка в Екатеринбурге остается стабильным. Наибольшей популярностью пользуются депозиты сроком на 3 месяца, потому что именно по ним возможна максимальная доходность, на втором месте — полугодовые депозиты, на третьем — годовые. Большая часть клиентов привыкла, что их горизонт планирования ограничивается несколькими месяцами, и пока не готовы перестраиваться и переходить в среднесрочные и долгосрочные инструменты сбережения».

Часть задач с длительным горизонтом планирования семьи сейчас решают с помощью программы долгосрочных сбережений (ПДС).

«Спрос на эти продукты вырос, во втором полугодии 2025 года по сравнению с первой половиной количество заключенных договоров у нас выросло на 37%. Интерес к ПДС подогревает наличие специального продукта: комбо-вклада», — рассказывает Бормотова.

При этом для диверсификации сбережений, по словам Ирины Бормотовой, уральцы все чаще выбирают золото: «В Абсолют Банке в Екатеринбурге количество счетов обезличенных металлически сетов (ОМС) в золоте за год существенно увеличилось, как и средняя сумма на счетах ОМС».

Ольга Шарушинская также видит запрос на диверсификацию сбережений, об этом говорит, в частности, рост количества клиентов, которые из вкладов перекладывают средства в инвестиционные монеты и золотые слитки.

«В 2024 году мы видели плавный рост таких клиентов в нашем банке, а в 2025-м — взрывной. В преддверии новогодних праздников был высокий спрос, так как слитки рассматривали в качестве необычных подарков. Отчасти это связано с ростом цен на золото. При этом наша клиентская база — это люди со средним доходом, они не рассматривают слитки как инвестицию, для них это скорее альтернативный инструмент для сохранения денежных средств. Чаще всего у таких клиентов ресурсы размещены на вкладах, и в недвижимости, и в золоте».

Комиссионный канал

Банкам же наличие такого рода услуг позволяет нарастить транзакционные доходы. А вклад этого вида деятельности в общую выручку в условиях снижения процентных доходов становится все весомее.

К примеру, в банке Уралсиб, по словам Романа Горулева, транзакционный бизнес выделен в отдельное направление: «Кроме таких традиционных сервисов, как расчетно-кассовое обслуживание и эквайринг, в банке реализованы нишевые решения для наших клиентов, например, сопровождение банкротств предприятий, ведение публичных депозитных счетов нотариусов, обслуживание ломозаготовителей».

Для участников внешнеэкономической деятельности реализована не только возможность расчетов в условиях действующих ограничений, но и широкий перечень дополнительных сервисов.

С нашими партнерами предлагаем услуги логистики, таможенного оформления, проверки иностранных контрагентов на благонадежность», — делится Роман Горулев.

Наращивают транзакционный бизнес и региональные банки. По словам Евгения Кафеева, банк «Кетовский» по итогам 2025 увеличил комиссионный доход на 33%: «Мы усилили направление выдачи гарантий и внешнеэкономические операции. Особенно в нашем приграничном регионе востребованы услуги по проведению платежей с Казахстаном. Кроме того, начали развивать интернет-эквайринг. Большим спросом пользуются памятные и инвестиционные (золотые и серебряные) монеты.

Крупные банки идут по пути создания экосистем, но по мнению большинства участников дискуссии, повторить этот опыт не получится: изобретать свою экосистему — очень сложно и дорого. Поэтому многие наращивают комиссионный доход за счет партнерств и повышения уровня технологичности.

Бизнес на дистанции

Одно из ключевых направлений в части технологий — дальнейшее развитие дистанционных каналов.

По мнению Романа Горулева, интернет-банк Уралсиба для крупного бизнеса большинство задач выполняет: «Но мы видим, что нужна не только расчетная функция, но и оперативные возможности для размещения средств для бизнеса. Поэтому мы разработали удобные онлайн-депозиты. Для эквайринга реализовали удобный функционал по подключению и управлению этой услугой. Продолжаем развивать личный кабинет участника ВЭД, наполняя его новыми полезными функциями. А для крупных предприятий реализованы уникальные решения, это, по сути, расчетный центр под конкретные запросы клиентов».

В этом году банкам, очевидно, придется перенастроить свои системы еще и в связи с введением цифрового рубля. Торговые компании, которые являются клиентами крупнейших банков, и выручка которых за прошедший год превышает 120 млн рублей, должны будут обеспечить возможность оплаты товаров и услуг цифровой формой национальной валюты с 1 сентября 2026 года. Закон также определяет сроки запуска универсального QR-кода на базе решения Национальной системы платежных карт (НСПК). Напомним, цифровые рубли будут находиться в обращении наряду с наличными и безналичными. Завести кошелек и пользоваться цифровой национальной валютой люди смогут через привычные приложения банков, подключенных к платформе цифрового рубля Банка России. Поэтому дистанционный сервис банкам предстоит дополнить новыми функциями обслуживания этой формы национальной валюты.

Однако и развитие стационарной сети остается в повестке. Поэтому многие банки стремятся найти разумный баланс между технологиями и живым общением. Такой стратегии, по словам Ольги Шарушинской, придерживается СДМ-Банк: «Мы развиваем форматы мини-офиса. В этом случае устанавливаются многофункциональные терминалы, но в то же время в таком офисе работает консультант. Это, с одной стороны, позволит снизить потребность в персонале за счет автоматизации, с другой — сохранить лояльность той части клиентов, которая предпочитает живое общение».

Комиссия роста

В условиях снижения процентных доходов банки будут наращивать объем и качество транзакционного бизнеса, убежден президент УБРиР Алексей Долгов

— На чем банки зарабатывают в условиях высоких ставок?

— У большинства банков процентные доходы составляют 70% выручки, но на фоне высоких ставок по кредитам эти доходы закономерно снижаются, потому что спрос на кредитные ресурсы падает. Поэтому все банки стали пересматривать модель, в том числе и по комиссионным продуктам.

И мы также поменяли подходы к развитию этого направления. Анализ структуры остатков на счетах юридических лиц показал, что компании сейчас стремятся максимально эффективно использовать все финансовые ресурсы, они переводят остатки на счетах «до востребования» на срочные депозиты, преимущественно короткие. Поэтому мы усовершенствовали линейку депозитных продуктов для бизнеса.

Спрос на кредиты со стороны физических лиц тоже снизился в силу не только высокой стоимости займов, но и регуляторных требований. В этой ситуации мы, как и все банки, пересмотрели линейку комиссионных продуктов и начали активно развивать в сотрудничестве со страховыми компаниями накопительное страхование жизни, инвестиционное страхование жизни и другие продукты. Кроме того, расширились партнерские программы.

Видим мы и потребность в нефинансовых сервисах. Учитывая этот запрос, мы запустили в рамках VIP-обслуживания новый формат «Семейный офис» — это сервис, который включает решение различных банковских и небанковских вопросов, связанных с жизнью семьи. В спектр таких вопросов входят: юридические услуги и консультации, наследственное планирование, структурирование владения активами, налоговый и валютный консалтинг, помощь в приобретении инвестиционной и коммерческой недвижимости в России и за рубежом, содействие в формировании коллекций предметов искусства, организации путешествий и многое другое.

С точки зрения расчетно-кассового обслуживания бизнеса мы взяли за основу пакетные предложения.

Это наиболее распространенный подход крупных российских банков — предоставлять готовые наборы услуг РКО, сформированные в зависимости от потребностей клиента. В этом банки идут по пути сотовых операторов, которые одними из первых на рынке сделали ставку на пакетные тарифы с включенным объемом услуг за фиксированную плату.

Пакетные предложения банка могут быть сформированы в зависимости не только от масштабов бизнеса клиента, но и от его отраслевой специфики. Например, в конце прошлого года УБРиР запустил новый пакет услуг под названием «Селлер». Тариф разработан специально для продавцов на маркетплейсах.

— 1 сентября 2026 года Центробанк анонсировал массовое внедрение цифрового рубля, готов ли к этому рынок?

— Да, действительно, 1 сентября банки должны начать обслуживание новой формы национальной валюты. Торговые компании с выручкой более 120 млн рублей должны будут обеспечить возможность оплаты товаров и услуг цифровым рублем. Поэтому мы, чтобы сохранить таких клиентов, работаем над тем, чтобы предложить им новый сервис. Как показал анализ, в нашем банке порядка 30% клиентов, которым будут нужны сервисы в цифровых рублях. И нам важно эту систему к 1 сентября запустить. Каких-то технологических проблем с реализацией мы не видим. Да, конечно, при создании такой системы потребуются дополнительные инвестиции.

Конкуренция, как и в любом продукте, будет заключаться в удобстве для клиента. Для этого необходимо внедрить программное обеспечение, разработать удобный интерфейс, обеспечить скорость проведения платежей. Да, возможно, не все получится создать сразу. Но это естественный путь.

Конечно, при создании инфраструктуры для цифрового рубля нам придется параллельно заняться просветительской работой. Потому что у людей возникает много вопросов о том, как пользоваться цифровым рублем, за что им рассчитываться. Но ряд стран уже пользуются цифровыми деньгами, и важно, что Россия присоединится к мировому опыту.

Время индивидуальных решений

Сейчас востребованы нишевые продукты для бизнеса с подбором параметров под конкретного клиента, убеждена руководитель Абсолют Банка в Екатеринбурге Екатерина Богатова

— Некоторые эксперты говорят, что рынок кредитования бизнеса находится в заморозке. Как вы оцениваете ситуацию в этом сегменте?

— На мой взгляд, говорить о том, что кредитование бизнеса полностью «поставлено на стоп», некорректно. В Абсолют Банке в Екатеринбурге благодаря взвешенному подходу, гибким индивидуальным решениям за год удалось увеличить корпоративный портфель. Мы привлекли на постоянное обслуживание новых клиентов, в том числе крупных, предложив среди прочих продуктов кредитование.

Безусловно, как банки, так и клиенты в прошлом году стали более взвешенно подходить к кредитной нагрузке. Да, в целом по рынку кредитные продукты стали дороже, соответственно, их доступность снизилась. Тем не менее есть компании, которые изначально грамотно закладывают в расчет кредитные ставки и в любых условиях получают финансирование.

В 2026 году этот тренд сохранится. Да, постепенно ключевая ставка будет снижаться, и каждый ее шаг вниз будет делать доступнее кредитные ресурсы для бизнеса. Но не факт, что рынок придет к явному оживлению кредитования даже к концу года. На рост можно будет рассчитывать только на уровне ключевой ставки меньше двузначного.

Поэтому условные альтернативы кредитам — в первую очередь факторинг, гарантии, лизинг — будут востребованы на длительном горизонте. Мы видим, что компании все чаще обращаются в банк целенаправленно за этими продуктами, а не после того, как получили отказ по кредиту.

Общий факторинговый портфель в целом по стране за год остался практически на том же уровне, но при этом количество клиентов выросло на 10%, что демонстрирует рост интереса бизнеса к этому инструменту.

В Абсолют Банке в Екатеринбурге количество профинансированных денежных требований по факторингу выросло выше рынка — почти на 60% год к году.

Факторинг особенно актуален тогда, когда компаниям сложно преодолеть рисковые лимиты и получить кредит. Он позволяет бизнесу предупреждать и закрывать кассовые разрывы, избегать давления на свои балансовые показатели. Факторинг не дешевле кредита, но поскольку это «короткий продукт» — на 1–3 месяца, то его стоимость не оказывает такого значительного давления на бизнес, как в случае с кредитом.

Многие клиенты стали чаще использовать банковские гарантии на возврат аванса. Они позволяют наполнять «оборотку» относительно дешевым ресурсом и способны покрыть как отсрочку, так и предоплату. При этом риски для контрагентов, в пользу которых выдается гарантия, закрыты. Мы прогнозируем, что в 2026 году спрос на банковские гарантии продолжит увеличиваться.

В работе с корпоративными клиентами мы сохраним и будем развивать контрактное финансирование как целевой продукт, он используется в том случае, когда есть конкретная сделка, которая тщательно просчитывается, анализируются и минимизируются связанные с нею риски и банк именно под нее выделяет денежные средства.

В 2026 году наш банк в корпоративном направлении делает основную ставку не на массовые и быстрые продукты, а на точечные решения.

Наш опыт показывает, что клиентам сегодня не так принципиален «андеррайтинг за час», особенно по крупным заявкам, где цена отказа в финансировании слишком высока. Но им важно, чтобы трек прохождения заявки в банке был понятен, а выдача решений укладывалась в анонсированные сроки.

Будут востребованы нишевые продукты для бизнеса, с индивидуальным подбором параметров под конкретного клиента.

Опора на сильные компетенции

Ориентир на свою специализацию позволит нашему банку поддержать крупные и средние компании в сложной ситуации, отмечает начальник дополнительного офиса «Екатеринбург» ББР Банка Дмитрий Матлашевский

— Каков сейчас спрос на кредитные ресурсы со стороны крупного и среднего бизнеса?

— В прошлом году мы наблюдали тенденцию перетока этой клиентской аудитории из крупнейших банков в банки среднего уровня. Это было связано с тем, что системообразующие банки столкнулись с регуляторными ограничениями по капиталу. Поэтому у нашего банка портфель кредитов крупным и средним клиентам вырос.

Естественно, сейчас все участники рынка внимательно следят за качеством портфелей, и в этой связи мы стали переоценивать свою риск-модель. Конечно, мы анализируем все факторы влияния на бизнес наших клиентов, в том числе и повышение налогов. Мы считаем, что более устойчивыми будут средний и крупный бизнес, сложнее придется малым предприятиям. В этой связи нашему банку поможет наша специализация, а мы как раз фокусируемся на работе со средними и крупными компаниями. У этой группы клиентов более качественный менеджмент, более долгий срок ведения бизнеса, чем у малых предприятий. Следовательно, можно более достоверно оценить их платежеспособность.

В предыдущие годы экономического роста все банки боролись за рост портфелей. В ближайшее время ориентир меняется. Наша задача сейчас заключается в том, чтобы удержать портфель и поддержать клиентов, с которыми мы давно работаем. С ними надо сохранять отношения, потому что стагнация в экономике рано или поздно завершится и компании придут за деньгами для развития в те банки, которые поддержали их в трудный момент.

Возможности для этого у нашего банка есть. У нас, в отличие от крупнейших игроков, меньше регламентов, мы можем быстрее принимать решения и предлагать особые условия кредитования. В силу специфики в нашем банке практически каждый кредит представляет собой индивидуальную сделку.

— Каков ваш подход к развитию комиссионного бизнеса?

— Для нас это одно из важнейших направлений, и мы считаем, что в 2026 году банковская индустрия продолжит формировать продукты для наращивания транзакционных доходов. Нам же придумывать новое не нужно, поскольку у нашего банка есть сильные компетенции в сфере обслуживания внешнеэкономической деятельности, а спрос на эти услуги сейчас очень большой. Российские компании активно выходят на новые экспортные рынки Азии, Ближнего Востока, и всем нужно качественное сопровождение контрактов. Поэтому будем наращивать свою экспертизу в проведении трансграничных платежей.

Да, в целом на рынке мы видим тренд на развитие нефинансовых сервисов, но это требует больших вложений, и мы не считаем, что абсолютно каждому банку обязательно нужно инвестировать в развитие экосистем. В современном финансовом мире жесткой конкуренции нужно уметь сосредоточиться на том, в чем ты силен.

— Как вы оцениваете ситуацию на рынке вкладов? Ждете ли дальнейшего притока средств от населения?

— По нашему мнению, существенного роста вкладов физических лиц в ближайшее время не ожидается. Во-первых, многие люди уже аккумулировали свои сбережения на вкладах. Во-вторых, ключевая ставка имеет тенденцию к снижению. Тот, кто хотел получить доход под 23% годовых, реализовал свою задачу. По мере снижения ставок люди будут направлять сбережения в другие инвестиционные инструменты.

— Какой позиции ваш банк придерживается в части внедрения технологий, в том числе касательно развития дистанционных каналов?

— Интернет-банк и мобильный банк уже стали стандартом банковского сервиса. Основной функционал в целом в индустрии, и в нашем банке в том числе, реализован. Например, все мы сейчас готовимся к внедрению цифрового рубля. И дистанционный сервис будет дополняться новыми функциями обслуживания этой формы национальной валюты.

В целом же мы нацелены на то, чтобы наши онлайн-каналы работали намного быстрее и были комфортнее для клиентов.