«Я бы не делал Болонскую систему фетишем»

Отменят ли бакалавров и магистров?

Отменят ли бакалавров и магистров?
Виктор Кокшаров: «Мы хотим изменить роль и место университета в исследовательской повестке»

Ректор Уральского федерального университета Виктор Кокшаров о новых вызовах, стоящих перед высшим образованием, и задачах развития научно-технологических направлений

Уральский федеральный университет (УрФУ) вошел в число победителей федерального конкурсного отбора программ развития университетских стартап-студий. Формат становления технологического предпринимательства, известный также как «фабрика стартапов», ориентирован на оперативную проверку бизнес-идей из сформированного банка гипотез и массовое создание новых компаний. Напомним, ранее УрФУ вошел в топ-20 рейтинга предпринимательских вузов и бизнес-школ (по версии АЦ «Эксперт»), методика которого учитывает заметные на глобальном рынке стартапы выпускников. 

В новых экономических условиях обращение к университетам как к источнику создания новых продуктов и технологических решений выросло в разы. О роли университетов в современных реалиях «Эксперт-Уралу» рассказал ректор УрФУ Виктор Кокшаров. 

— Виктор Анатольевич, меняются форматы включения университетов в технологическую повестку. Многие вузы с индустриальными партнерами сейчас участвуют в федеральной программе «Университетская платформа технологического предпринимательства». УрФУ выиграл сразу в нескольких направлениях. Как вы будете их развивать?

— Эти несколько направлений — создание блока образовательных программ для обучения и подготовки предпринимателей, тренинговая площадка по развитию предпринимательских навыков, акселерационные программы. Это делается вместе с промышленными предприятиями, чтобы выявить пул инновационных идей и малых уже состоявшихся предприятий, которые смогут участвовать в их производственном процессе, предлагать что-то новое и важное для них. Одно из ключевых направлений — создание стартап-студии. Проект реализуется благодаря инициативе и базе инновационной инфраструктуры вуза при поддержке технопарка «Университетский» и областного правительства. Государство и регион гарантируют свою долю средств, достаточно весомую. Мы совместно с технопарком создаем стартап-студию, через нее будет осуществляться поддержка технологических команд, которые выходят на создание малых инновационных предприятий. Это полный цикл поддержки, начиная от обучения и формирования бизнес-плана, технологического изготовления прототипов до производства продукта. 

Индивидуальный уровень благополучия

— В ноябре планируется защита университетской программы развития в рамках проекта «Приоритет 2030». Какие цели ставит УрФУ?

— У нас очень серьезная программа, мы хотим изменить роль и место университета в исследовательской повестке. Мы неслучайно пошли на трек «Исследовательское лидерство» и заняли позицию среди десяти лучших университетов. Эта группа вузов получила наибольшее финансирование. В нашей программе пять стратегических проектов. Три из них — исследовательские, научно-технологические. Первый — «Материалы и технологии для водородной и ядерной энергетики». Если говорить о водородной энергетике, это в основном все, что касается создания линейки высокотемпературных твердооксидных электролизеров. Они очень эффективно работают на отводящем тепле атомных электростанций, которое сейчас во многом просто теряется. Установив такой электролизер, можно эффективно производить водород. Мы не будем ограничиваться только электролизерами, надо всю цепочку выстроить: получение, хранение, транспортировка водорода. Поэтому его нужно привести в жидкое состояние с помощью ковалентно связанных органических носителей. Над этим работают наши химики-технологи. Дальше будут нужны специальные конструкционные элементы для хранения водорода. После того, как он будет доставлен, нужна дегидратация и т.д. Помимо водородной энергетики, есть направления по развитию ядерной энергетики, созданию жидкосолевых реакторов нового типа. 

Второй проект — «Дизайн и технологии функциональных материалов и систем». Цель — достижение лидирующих позиций в области функциональных материалов и технологий для магнитной сенсорики, хиральной спинтроники, магнитомикроэлектроники и медицины. Нам предстоит решить вопросы, связанные с новыми устройствами для компьютерной томографии, для сенсоров и биодатчиков, вплоть до сцинтилляционных кристаллов, которые применяются в современных томографах. Надо, чтобы эти кристаллы по свойствам и качеству превосходили импортную продукцию. Мы вообще хотим создать систему портативных устройств, которые позволяют в любых условиях определять показатели здоровья человека. Это также вопросы, связанные с производством жизненно необходимых лекарств и противовирусных препаратов, выделение биологически активных молекул. Создается новое противодиабетическое лекарство, мы уже выходим на стадию клинических испытаний, а к 2030 году должны начать его массовое производство. 

В третьем стратегическом проекте «Благополучие человека в условиях цифровой трансформации» задействованы наши социологи, психологи, экономисты, ИТ-специалисты. Это комплексный проект, позволяющий с помощью цифровых методов измерять индивидуальный уровень благополучия человека, уровень благополучия целых коллективов. 

Еще два очень важных проекта — «Академическое превосходство» и «Образование: кадры для научно-технического прорыва». Первый направлен на развитие условий и среды, обеспечивающих проведение в университете исследований мирового уровня, поддержку молодежных лабораторий, развитие академического лидерства, публикационной активности. Второй — на развитие и реализацию новых образовательных программ, востребованных в обществе, в том числе программ, связанных с цифровыми навыками. 

— На реализацию программы в рамках «Приоритета 2030» университет получит 994 млн рублей. Это большая сумма для УрФУ?

— Меньше 7% от бюджета университета, в 2022 году он составляет 15 млрд рублей. Но это не столько про деньги, сколько про стимул для развития. Эти средства мотивируют нас двигаться вперед, претендовать на исследовательское и образовательное лидерство. 
Кроме «Приоритета» мы выиграли еще несколько конкурсов, в том числе «Передовые инженерные школы». Это подготовка квалифицированных инженерных кадров для высокотехнологичных отраслей экономики, фактически инженерный спецназ, который сможет решать серьезные технологические задачи.

Определенная степень свободы

— Российское образование переживает серьезнейшую трансформацию, в том числе вызванную отказом от Болонской системы. Какие изменения произойдут в деятельности УрФУ? Не оттолкнет ли возвращение к моноуровневому образованию зарубежных студентов?

— Никто не собирается отказываться от таких форматов обучения, как бакалавриат и магистратура. Нужно все соотносить с требованиями работодателя и понимать, какие специалисты ему нужны. Скажем, ИТ-компаниям для первичного уровня работы достаточно специалистов, закончивших бакалавриат. Но когда речь идет о разработчиках, которые должны обладать фундаментальными знаниями в области информатики и математики, конечно, необходима магистратура. Все зависит от функционала, на который будет нацелен выпускник университета на конкретном промышленном, финансовом или ИТ-предприятии. Уровневое образование остается, но по целому ряду направлений, связанных, например, с обеспечением критической инфраструктуры, безопасностью государства, нужна более углубленная подготовка. Это возвращение к специалитету. Эту форму высшего образования никто не отменял, мы говорим о некотором увеличении количества программ специалитета. Речь идет не о сломе системы, а о точечной настройке. 

«Никто не собирается отказываться от таких форматов обучения, как бакалавриат и магистратура. Нужно все соотносить с требованиями работодателя и понимать, какие специалисты ему нужны»

В то же время по другим направлениям, там, где этого не требуется, останутся бакалавриат и магистратура. Вообще, я бы не делал Болонскую систему неким фетишем, поскольку это набор принципов, которым то или иное государство, образовательная система могут следовать или не следовать. В Болонскую систему формально входит чуть больше 40 государств, а всего в мире их около двухсот. Ни Индия, ни Пакистан, ни Китай, ни США, ни Израиль не входят в Болонскую систему, но при этом там есть уровневая система подготовки, включающая бакалавриат и магистратуру. Поэтому никаких проблем я не вижу. Иностранные студенты к нам охотно едут и поступают на бакалавриат и в магистратуру. 

— То есть тем, кто поступил в магистратуру УрФУ в этом году, переживать не о чем? Они получат дипломы магистров? 

— Все, кто поступил на бакалавриат и магистратуру, точно получат соответствующие дипломы. Более того, по ряду направлений бакалавриат и магистратура дают определенную степень свободы, поскольку мы делаем упор на индивидуализацию образования, чтобы студенту давать возможность выбирать траектории в рамках большой образовательной программы. Он может набирать те или иные модули, может сменить направление или поехать в другой российский вуз. Мы даем такую степень свободы. 

Совместный с Китаем университет

— У УрФУ очень много зарубежных вузов-партнеров. С какими продолжается сотрудничество? Появились ли новые в Китае, Индии, Казахстане?

— Новые партнеры, договоренности, конечно, есть. Например, растет интерес к совместным программам, что показывают встречи с руководителями различных вузов. Только что подписали соответствующие соглашения о четырех программах совместной магистратуры с двумя киргизскими университетами. Есть интерес у Монголии. С Китаем мы реализуем большое количество совместных образовательных программ. Более того, китайские партнеры предлагают создать совместный Лоян-Уральский университет. Они не только готовы предоставить площадку, но и построить здание, обеспечить все инфраструктурные условия для деятельности образовательной организации. Наша задача — дать университету необходимое содержание с точки зрения образовательных программ. 

— В УрФУ много студентов из Китая?

— У нас сегодня обучается 1014 китайцев, многие из них как раз на таких совместных образовательных программах. Это университеты из провинций Хэбэй, Хэнань и т.д. По количеству студентов в УрФУ лидирует Казахстан — 1287 человек. К нам также едут ребята из Эквадора, Уругвая, Бразилии, Колумбии, Венесуэлы, Египта, Марокко, Туниса, Вьетнама, Малайзии, Индонезии и целого ряда других государств. 

— Экспертная группа QS заявила, что перестанет рейтинговать российские вузы. Как теперь абитуриентам оценивать качество российского образования?

— Это несмертельно, мы работаем не ради рейтингов. Рейтинги — инструмент сравнения, механизм, который позволяет 
понять, на какой позиции по сравнению с другими университетами в мире мы находимся. Кроме QS есть и другие рейтинги, например, Московский международный рейтинг «Три миссии университета». Он помимо всего прочего учитывает роль вуза в социально-экономическом развитии регионов, страны, чему очень мало внимания уделяется в том же QS, где, кстати, очень велика доля субъективных оценок. Рейтинги, над которыми работают аналитики АЦ «Эксперт», предлагают достаточно инструментов для анализа деятельности университетов. имать, какие специалисты ему нужны». 

Еще в сюжете «Обучение и кадры»